https://www.literaturus.ru/2021/08/mercalov-mercalova-roman-chto-delat-harakteristika-obraz-opisanie.html
Прогулка на лодке.
Художник
Мэри Кассат
Супруги Мерцаловы являются второстепенными персонажами знаменитого романа "Что делать?" Чернышевского.

Господин Мерцалов и его жена Наталья впервые упоминаются в главе 2 подглаве XXI романа.

В этой статье представлена цитатная характеристика Мерцалова и Мерцаловой в романе "Что делать?": образ, описание героев в цитатах.

Смотрите: 








Мерцалов и Мерцалова в романе "Что делать?" Чернышевского


Священник Мерцалов является хорошим знакомым одного из главных героев романа Дмитрия Лопухова:
"Один из знакомых ему студентов Духовной академии, – не близкий, но хороший знакомый, – кончил курс год тому назад и был священником..." (глава 2 подглава XXI)

Мерцалов женат на даме по имени Наташа. 17-летняя Наташа является очень хорошей девушкой с бойким характером и приятной внешностью:

"...дама лет 17, хорошенькая и бойкая блондинка." (глава 2 подглава XXI) 
"...одна из ее близких знакомых, тоже очень хорошая молодая дама..." (глава четвертая - подглава XVIII)

Полное имя супругов – Алексей Петрович Мерцалов и Наталья Андреевна Мерцалова:

"В половине службы пришла Наталья Андреевна, или Наташа, как звал ее Алексей Петрович..." (глава 2 подглава XXI)

Возраст Мерцалова не указан в романе, но судя по всему, ему 20-25 лет, так как он недавно закончил Духовную академию. Возраст Натальи Мерцаловой – 17 лет на момент венчания Лопуховых в 1852 г.:

"– ...здравствуйте, Лопухов: давно мы с вами не виделись. Что вы тут говорите про жену? Все у вас жены виноваты, – сказала возвратившаяся от родных дама лет 17, хорошенькая и бойкая блондинка." (глава 2 подглава XXI)

Алексей Петрович Мерцалов закончил Духовную академию в Петербурге и работает священником на Васильевском острове:

"В Медицинской академии есть много людей всяких сортов, есть, между прочим, и семинаристы: они имеют знакомства в Духовной академии, – через них были в ней знакомства и у Лопухова. Один из знакомых ему студентов Духовной академии, – не близкий, но хороший знакомый, – кончил курс год тому назад и был священником в каком‑то здании с бесконечными коридорами на Васильевском острове. Вот к нему‑то и отправился Лопухов, и по экстренности случая и позднему времени, даже на извозчике." (глава 2 подглава XXI)







Во второй главе романа (1856 г.) описывается история о том, как Дмитрий Лопухов просит своего приятеля Мерцалова тайно повенчать его с Верой Павловной. Священник сначала не решается на такой риск, ведь за тайное венчание на него могут подать в суд:

"– Вот какое и вот какое дело, Алексей Петрович! Знаю, что для вас это очень серьезный риск; хорошо, если мы помиримся с родными, а если они начнут дело? вам может быть беда, да и наверное будет; но… Никакого «но» не мог отыскать в своей голове Лопухов: как, в самом деле, убеждать человека, чтобы он за нас клал шею в петлю! 
Мерцалов долго думал, тоже искал «но» для уполномочения себя на такой риск и тоже не мог придумать никакого «но»."

Узнав историю Веры Павловны и Лопухова, Наташа убеждает мужа помочь им и обвенчать их. Ведь в таком случае несчастная Вера Павловна сможет наконец сбежать от своей злой матери к Лопухову. Мерцалов соглашается, хотя и переживает о возможных последствиях:

"– Очень большой риск, – подтвердил Лопухов. 
– Ну, что делать, рискни, Алеша, – я тебя прошу. 
– Когда ты меня не станешь осуждать, Наташа, что я забыл про тебя, идя на опасность, так разговор кончен. Когда хотите венчаться, Дмитрий Сергеевич? 
Следовательно, препятствий не оставалось." (глава 2 подглава XXI) 
"– А вот на дороге все расскажу, поедем. Приехали, прошли по длинным коридорам к церкви, отыскали сторожа, послали к Мерцалову; Мерцалов жил в том же доме с бесконечными коридорами." (глава 2 подглава XXI)

Во время венчания Мерцалов несколько волнуется, так как боится, что у него будут неприятности из-за тайного венчания. Тем не менее он проводит церемонию. После венчания Наташа подает новобрачным завтрак. Мерцаловы и Лопуховы вчетвером танцуют и веселятся. Им удается сделать эту очень скромную свадьбу веселой:

"– А вот и я готов, – подошел Алексей Петрович: – пойдемте в церковь. – Алексей Петрович был весел, шутил; но когда начал венчанье, голос его несколько задрожал – а если начнется дело? Наташа, ступай к отцу, муж не кормилец, а плохое житье от живого мужа на отцовских хлебах! впрочем, после нескольких слов он опять совершенно овладел собою. 
В половине службы пришла Наталья Андреевна, или Наташа, как звал ее Алексей Петрович; по окончании свадьбы попросила молодых зайти к ней; у ней был приготовлен маленький завтрак: зашли, посмеялись, даже протанцовали две кадрили в две пары, даже вальсировали; Алексей Петрович, не умевший танцовать, играл им на скрипке, часа полтора пролетели легко и незаметно. Свадьба была веселая." (глава 2 подглава XXI)

В конце концов Мерцалов не жалеет ,что повенчал Лопухова и Веру:

"– Ничего, не съедят меня, не совеститесь, господа! – говорил Алексей Петрович, провожая Лопухова и Кирсанова, которые оставались еще несколько минут, чтобы дать отъехать Верочке: – я теперь очень рад, что Наташа ободрила меня." (глава 2 подглава XXI)

Судя по всему, супруги Мерцаловы сами так же тайно повенчались год назад, то есть за год до венчания Лопуховых:

"– Как же с этим быть? Ведь хотелось бы… то, что вы теперь делаете, сделал и я год назад, да стал неволен в себе, как и вы будете. А совестно: надо бы помочь вам. Да, когда есть жена, оно и страшновато идти без оглядки." (глава 2 подглава XXI) 

В конце концов Лопуховы и Мерцаловы начинают дружить семьями и вместе проводят время:

"Когда они приехали домой, к ним через несколько времени собрались гости, которых они ждали, – обыкновенные тогдашние гости: Алексей Петрович с Натальей Андреевной, Кирсанов, – и вечер прошел, как обыкновенно проходил с ними. Как вдвойне отрадна показалась Вере Павловне ее новая жизнь с чистыми мыслями, в обществе чистых людей»! По обыкновению, шел и веселый разговор со множеством воспоминаний, шел и серьезный разговор обо всем на свете..." (глава 3 подглава II)

Наталья Мерцалова становится подругой Веры Павловны:

"...одна из ее близких знакомых, тоже очень хорошая молодая дама..." (глава 4 подглава XVIII)

Семьи Мерцаловых и Лопуховых, а также еще две семейные пары каждую неделю поочередно устраивают у себя вечеринки с танцами:

"И, кроме того, у Лопуховых чаще прежнего стали бывать гости; прежде, не считая молодежи – какие ж это гости, молодежь? это племянники только, – бывали почти только Мерцаловы; теперь Лопуховы сблизились еще с двумя-тремя такими же милыми семействами. Мерцаловы и еще два семейства положили каждую неделю поочередно иметь маленькие вечера с танцами, в своем кругу, – бывает по б пар, даже по 8 пар танцующих." (глава 3 подглава XVI)

На этих вечеринках собравшиеся ведут себя естественно и дурачатся от души, так как здесь никто ни на кого не смотрит и все стараются как можно веселее провести время:

"Вот, например, Вера Павловна с мужем и с Кирсановым отправляются на маленький очередной вечер к Мерцаловым. Отчего Кирсанов не вальсирует на этой бесцеремонной вечеринке, на которой сам Лопухов вальсирует, потому что здесь общее правило: если ты семидесятилетний старик, но попался сюда, изволь дурачиться вместе с другими; ведь здесь никто ни на кого не смотрит, у каждого одна мысль – побольше шуму, побольше движенья, то есть побольше веселья каждому и всем..." (глава 3 подглава XXIII)




Спустя около 5 лет брака супруги Мерцаловы по-прежнему живут в согласии, что является редкостью, по мнению их друзей:

"На другой день, когда ехали в оперу в извозничьей карете (это ведь дешевле, чем два извозчика), между другим разговором сказали несколько слов и о Мерцаловых, у которых были накануне, похвалили их согласную жизнь, заметили, что это редкость; это говорили все, в том числе Кирсанов сказал: «да, в Мерцалове очень хорошо и то, что жена может свободно раскрывать ему свою душу», только и сказал Кирсанов, каждый из них троих думал сказать то же самое..." (1856 г., глава 3 подглава XXIII)

К лету 1856 г. у Мерцаловых уже имеется двое детей, один из них — грудной ребенок:

"У Мерцаловой было двое детей; надо час-полтора в день, да и те не каждый день, она может уделять. Она наверное не откажется, ведь она и теперь много занимается в мастерской. Вера Павловна начала разбирать свои вещи для продажи, а сама послала Машу сначала к Мерцаловой просить ее приехать..." (глава 3 подглава XXIX) 
"...Мерцалова посидела еще с час, но пора домой кормить грудью ребенка, и она уехала..." (глава 3 подглава XXX)

Известно, что отец Мерцалова был дьячком (церковнослужителем) в провинции, а также занимался переплетением, а мать сдавала комнаты семинаристам и очень уставала от этой работы. Семья жила очень скромно, отец Мерцалова иногда выпивал:

"Я буду исповедываться за себя и за жену. Мой отец был дьячок в губернском городе и занимался переплетным мастерством, а мать пускала на квартиру семинаристов. С утра до ночи отец и мать все хлопотали и толковали о куске хлеба. Отец выпивал, но только когда приходилась нужда невтерпеж, – это реальное горе, или когда доход был порядочный; тут он отдавал матери все деньги и говорил: «ну, матушка, теперь, слава богу, на два месяца нужды не увидишь; а я себе полтинничек оставил, на радости выпью» – это реальная радость. Моя мать часто сердилась, иногда бивала меня, но тогда, когда у нее, как она говорила, отнималась поясница от тасканья корчаг и чугунов, от мытья белья на нас пятерых и на пять человек семинаристов, и мытья полов, загрязненных нашими двадцатью ногами, не носившими калош, и ухода за коровой; это – реальное раздражение нерв чрезмерною работою без отдыха; и когда, при всем этом, «концы не сходились», как она говорила, то есть нехватало денег на покупку сапог кому‑нибудь из нас, братьев, или на башмаки сестрам, – тогда она бивала нас. Она и ласкала нас, когда мы, хоть глупенькие дети, сами вызывались помогать ей в работе, или когда мы делали что‑нибудь другое умное, или когда выдавалась ей редкая минута отдохнуть, и ее «поясницу отпускало», как она говорила, – это все реальные радости…" (глава 3 подглава III "Второй сон Веры Павловны")

В свою очередь, родители Натальи Мерцаловой являются добрыми и небедными людьми и живут в Петербурге. Помимо дочери Натальи, у стариков есть множество сыновей, которые занимают хорошие должности в разных ведомствах:

"Лопуховы бывают в гостях не так часто, почти только у Мерцаловых, да у матери и отца Мерцаловой; у этих добрых простых стариков есть множество сыновей, занимающих порядочные должности по всевозможным ведомствам, и потому в доме стариков, живущих с некоторым изобилием, Вера Павловна видит многоразличное и разнокалиберное общество." (глава 3 подглава V)

Мерцалов, как и его друзья Лопухов и Кирсанов, придерживается прогрессивных взглядов на жизнь, общество и т.д. По мнению Мерцалова, главным элементом жизни является труд:

"– Да, движение есть реальность, – говорит Алексей Петрович, – потому что движение – это жизнь, а реальность и жизнь одно и то же. Но жизнь имеет главным своим элементом труд, а потому главный элемент реальности – труд, и самый верный признак реальности – дельность. <...>

– Да, отсутствие движения есть отсутствие труда, – говорит Алексей Петрович, – потому что труд представляется в антропологическом анализе коренною формою движения, дающего основание и содержание всем другим формам: развлечению, отдыху, забаве, веселью; они без предшествующего труда не имеют реальности. А без движения нет жизни, то есть реальности..." (глава 3 подглава III "Второй сон Веры Павловны")

Когда Вера Павловна открывает свою швейную мастерскую, она просит священника Мерцалова стать одним из преподавателем для ее работниц, в частности преподавателем истории, а также быть "щитом благонравия" в мастерской. Тот соглашается:

"– Алексей Петрович, – сказала Вера Павловна, бывши однажды у Мерцаловых, – у меня есть к вам просьба. Наташа уж на моей стороне. Моя мастерская становится лицеем всевозможных знаний. Будьте одним из профессоров. 
– Что ж я стану им преподавать? разве латинский и греческий, или логику и реторику? – сказал, смеясь, Алексей Петрович. – Ведь моя специальность не очень интересна, по вашему мнению и еще по мнению одного человека, про которого я знаю, кто он. 
– Нет, вы необходимы именно, как специалист: вы будете служить щитом благонравия и отличного направления наших наук. 
– А ведь это правда. Вижу, без меня было бы неблагонравно. Назначайте кафедру. 
– Например, русская история, очерки из всеобщей истории. 
– Превосходно. Но это я буду читать, а будет предполагаться, что я специалист. Отлично. Две должности: профессор и щит. Наталья Андреевна, Лопухов, два-три студента, сама Вера Павловна были другими профессорами, как они в шутку называли себя." (глава 3 подглава IV)

Когда в мастерской Веры случаются свадьбы, Мерцалова или ее мать, очень хорошая женщина, чаще всего бывают посаженными матерями:

"Было несколько разных таких хороших случаев. А чаше всего причиною веселья для всей мастерской и радости для Веры Павловны бывали свадьбы. Их бывало довольно много, и все были удачны." (глава 3 подглава IV) 
"Чаще всего посаженною матерью бывала Мерцалова или ее мать, тоже очень хорошая дама, а Вера Павловна никогда..." (глава 3 подглава IV)

К 1856 г. Наталья Мерцалова значительно помогает Вере Павловне с ее мастерской:

"У Мерцаловой было двое детей; надо час-полтора в день, да и те не каждый день, она может уделять. Она наверное не откажется, ведь она и теперь много занимается в мастерской. Вера Павловна начала разбирать свои вещи для продажи, а сама послала Машу сначала к Мерцаловой просить ее приехать..." (глава 3 подглава XXIX)

Когда у Веры Павловны случается горе летом 1856 г. – погибает ее муж Дмитрий Лопухов, она первым делом зовет к себе свою подругу Наталью Мерцалову. Та сочувствует Вере и соглашается заниматься ее мастерской, когда та покинет Петербург. К счастью, Вера отсутствует в Петербурге недолго:

"Приехала Мерцалова, потужила, поутешила, сказала, что с радостью станет заниматься мастерскою, не знает, сумеет ли, и опять стала тужить и утешать, помогая в разборке вещей." (глава 3 подглава XXX) 
"– Да ведь уж я раскаялась и не бросала же: ведь Мерцалова согласилась заменить меня." (глава 3 подглава XXX)

Со временем Наталья Мерцалова начинает сама хорошо руководить мастерской Веры Павловны на Васильевском острове. Она набирается столько опыта, что в итоге почти не нуждается в советах подруги. Видя это, Вера открывает себе вторую мастерскую в другой части города и вплотную занимается ей:

"Вера Павловна Кирсанова живет в Сергиевской улице, потому что мужу нужно иметь квартиру ближе к Выборгской стороне. Мерцалова очень хорошо пришлась по той швейной, которая была устроена на Васильевском, – да и натурально: ведь она и мастерская были уж очень хорошо знакомы между собою. Вера Павловна, возвратившись в Петербург, увидела, что если и нужно ей бывать в этой швейной, то разве изредка, ненадолго; что если она продолжает бывать там почти каждый день, то, собственно, потому только, что ее влечет туда ее привязанность, и что там встречает ее привязанность; может быть, на несколько времени еще и не вовсе бесполезны ее посещения, все‑таки Мерцалова еще находит иногда нужным советоваться с нею; но это берет так мало времени и бывает все реже; а скоро Мерцалова приобретет столько опытности, что вовсе перестанет нуждаться в Вере Павловне. Да, уж и в первое время по возвращении в Петербург Вера Павловна бывала в швейной на Васильевском больше, как любимая гостья, чем как необходимое лицо. Чем же заняться? – ясно, чем: надобно основать другую швейную, в своем новом соседстве, в другом конце города." (глава 4 подглава IV)

Со временем Вера Павловна и Мерцалова объединяют счета двух швейных мастерских в одну общую бухгалтерию. Также они наконец открывают магазин одежды на Невском проспекте. Мерцалова и Вера Павловна мечтают о том, что через пару лет у них будет 4-5 мастерских, а со временем - и все 20:

"Устроить это стоило довольно много хлопот Вере Павловне и Мерцаловой. Хотя их компании были дружны, хотя часто одна компания принимала у себя в гостях другую, хотя часто они соединялись для поездок за город, но все‑таки мысль о солидарности счетов двух разных предприятий была мысль новая, которую надобно было долго и много разъяснять. Однако же, выгода иметь на Невском свой магазин была очевидна, и после нескольких месяцев забот о слиянии двух счетоводств прихода в одно Вере Павловне и Мерцаловой удалось достичь этого. На Невском явилась новая вывеска: «Au bon travail. Magasin des Nouveautes». С открытием магазина дела стали развиваться быстрее прежнего и становились все выгоднее. Мерцалова и Вера Павловна уже мечтали в своих разговорах, что года через два вместо двух швейных будет четыре, пять, а там скоро и десять, и двадцать." (глава 4 подглава XVII)

Однако вскоре Вера Павловна и Наталья "урезают крылья своим мечтам", потому что удержать мастерские на плаву оказывается не так-то просто, не говоря уже об их развитии. В итоге подруги поддерживают работу двух мастерских и магазина и радуются хотя бы этому:

"Но во всяком случае Мерцалова и Вера Павловна значительно поурезали крылья своим мечтам и стали заботиться о том, чтобы хотя удержаться на месте, а уж не о том, чтоб идти вперед. 
Таким образом, по охлаждении лишнего жара в Вере Павловне и Мерцаловой, швейные и магазин продолжали существовать, не развиваясь, но радуясь уже и тому, что продолжают существовать. Новое знакомство Кирсанова продолжалось и приносило ему много удовольствия. Так прошло еще года два или больше, без всяких особенных происшествий." (глава 4 подглава XVII)


Это была цитатная характеристика Мерцалова и Мерцаловой в романе "Что делать?" Чернышевского: образ, описание героев в цитатах.


Смотрите: