analiz-hadzhi-murat-tolstoj-sut-smysl-ideja-osobennosti
"Хаджи-Мурат".
Художник Е. Лансере
Повесть "Хаджи-Мурат" является одним из самых известных произведений выдающегося русского писателя Льва Толстого.

В этой статье представлен анализ повести "Хаджи-Мурат" Толстого: суть, смысл, идея, особенности произведения. Статья составлена на основе очерка Н. К. Гудзия.

Смотрите:
Все материалы по творчеству Л. Толстого









Анализ повести "Хаджи-Мурат" Толстого


Н. К. Гудзий:

"Выдающимся по своему художественному значению произведением последних лет жизни Толстого является его повесть «Хаджи-Мурат» (1896—1904).

В «Хаджи-Мурате» с замечательным художественным мастерством нарисована фигура непокорного, свободолюбивого горца. Толстой относится к нему с такой нескрываемой симпатией, что кажется, будто он отказался от своей проповеди непротивления злу насилием и даже приветствует противление всяческому угнетению и насилию над свободой и достоинством человека. <...> ...Могучий дар художника-жизнелюбца вернул Толстого к поре его писательской молодости и как будто заставил его поколебаться в позиции проповедника незлобия и всепрощения. В Толстом как бы проснулся участник кавказских и севастопольских боев, и его потянуло к стихии военного быта, к ее суровой романтике и к людям, закаленным в страде боевых испытаний, увлеченных своеобразной поэзией боевых действий. <...>

События, рассказанные в «Хаджи-Мурате», — разрыв Хаджи-Мурата с Шамилем, переход героя повести на сторону русских для общей с ними борьбы со своим кровным врагом и его трагическая гибель, когда он решил бежать от своих союзников, чтобы выручить свою семью из рук Шамиля, — все это произошло в 1851—1852 годах, как раз в ту пору, когда Толстой сам был на Кавказе. Незаурядная личность Хаджи-Мурата тогда же очень заинтересовала его, но лишь в 1896 году он принялся писать повесть и потратил на нее с перерывами больше восьми лет напряженного труда, тщательно собирая разнообразные — письменные и устные — материалы, многократно ее перерабатывая и множа обширные черновые варианты. В конце 1904 года, так и не доведя повесть до окончательной литературной обработки, Толстой прекратил дальнейшую работу над ней, потому что решил, что при его жизни она все равно не будет напечатана.

Хаджи-Мурат до своего окончательного разрыва с Шамилем был таким же врагом колониальной политики русского царизма, как и Шамиль, и так же, как Шамиль... но личная вражда с Шамилем побудила Хаджи-Мурата изменить своему повелителю и предаться русскому царю, с помощью которого он жаждал отомстить Шамилю, а затем и усилить свою власть и влияние на Кавказе. Однако в руках Шамиля осталась семья Хаджи-Мурата, спасение которой для него стало теперь главной заботой, не дававшей ему покоя во все время пребывания у русского командования. Толстой не вникал в политическую сущность мюридизма, который возглавлялся Шамилем и к которому привержен был Хаджи-Мурат, да и не мог по своей неосведомленности в исторической обстановке вникнуть в нее, но его заинтересовала личность Хаджи-Мурата в чисто этическом плане — как человека с незаурядной индивидуальностью, как самобытной и цельной натуры, настойчиво и неуклонно стремившейся к своей цели — личной независимости и избавлению любимой семьи от расправы с ней со стороны его злейшего врага.

Однако Хаджи-Мурат страдает не только от Шамиля. Он жертва и коронованного деспота Николая I, и его ближайшего окружения, для которых он только орудие в их политических расчетах и которые не делают ничего для того, чтобы прийти на помощь ему в освобождении его семьи. Хаджи-Мурат оказывается обманутым в своих расчетах, доверившись русскому царю. В глазах Толстого Николая I и Шамиля роднит присущий им обоим деспотизм. С. Н. Шульгину, принимавшему участие в собирании материалов для повести, Толстой сказал: «Меня здесь занимает не один Хаджи-Мурат с его трагической судьбой, но и крайне любопытный параллелизм двух главных противников той эпохи — Шамиля и Николая, представляющих вместе как бы два полюса властного абсолютизма: азиатского и европейского».








Николая I Толстой в своей повести изображает с большей обличительной силой, чем Шамиля, потому что в центре повести — судьба Хаджи-Мурата в то время, когда она всецело зависела от действий Николая и его подручных. Николай I показан в «Хаджи-Мурате» со всеми своими омерзительными качествами человека и государственного деятеля, лишенного каких-либо нравственных устоев. Под стать ему и его приближенные — в первую очередь отец и сын Воронцовы и военный министр Чернышев, являющиеся усердными и послушными исполнителями царской воли и царской прихоти. Исторически оправданный и имевший прогрессивное значение факт присоединения Кавказа к России сопровождался насильническими действиями, творившимися по указаниям Николая I и его сатрапов, оскорблявших национальное чувство кавказских горцев и вооружавших их против русского народа, неповинного в жестокостях царской колониальной политики. И это вызывало резко осудительное отношение Толстого, нашедшее яркое отражение в повести.

В «Хаджи-Мурате» значительное место занимают простые и симпатичные русские люди из солдатской и отчасти офицерской среды, которые сами являются жертвами или несут на себе бремя недальновидных и бездарных действий Николая I и его подвластных, распоряжающихся судьбами кавказских народов.

Так, значительное место в повести отведено рассказу о смерти солдата Авдеева, раненного при перестрелке, завязавшейся с чеченцами во время рубки леса русским отрядом. Вслед за тем рассказывается о его судьбе, судьбе младшего сына в крестьянской семье, недавно женившегося, бездетного, энергичного и работящего, пошедшего в солдаты вместо старшего своего брата, отца четырех детей, ленивого и нерадивого. Рассказ этот композиционно мало связан с повестью, но он понадобился Толстому для того, чтобы горькую крестьянскую долю сопоставить с беззаботно-развлекательной и беспечной жизнью аристократического военного круга во главе с Воронцовыми. Толстой не упускает случая, чтобы с чувством большого участия не сказать о тяжелой участи простого русского человека. Хаджи-Мурата, задумавшего под предлогом прогулки побег в горы, сопровождает конвой из пяти солдат, из которых трое были убиты в жестокой схватке с Хаджи-Муратом и его нукерами. Об одном из них — георгиевском кавалере, молодом, «кровь с молоком», здоровом русском малом Назарове — сказано, что он был старший в бедной старообрядческой семье, вырос без отца и кормил старую мать с тремя дочерьми и двумя братьями; о другом, Петракове, молодом, единственном сыне у матери, сказано у Толстого, что он был «всегда ласковый и веселый», а теперь, сраженный и добитый нукерами Хаджи-Мурата, «лежал навзничь с взрезанным животом, и его молодое лицо было обращено к небу, а он, как рыба всхлипывая, умирал».

Явное расположение, которое Толстой обнаружил к своему герою, коренилось, видимо, прежде всего в том, что Хаджи-Мурат упорно защищался от тех, кто посягал на его физическую свободу, подобно тому как защищался сам Толстой от посягавших на его духовную свободу. Душевный склад Хаджи-Мурата чужд был нравственному сознанию Толстого, но несгибаемая сила и стихийная мощь борца, способного глубоко чувствовать и страстно стремиться к своей цели, привлекали его внутренней красотой, какая запечатлелась и во включенных в повесть изумительных песнях, вдохновляющих Хаджи-Мурата на борьбу. Он, как и Федя Протасов, — жертва той узаконенной лжи и того тупого и бессмысленного деспотизма, которые в повести воплощены в отталкивающей фигуре Николая I, главного виновника гибели Хаджи-Мурата. Привлекали Толстого и характеры других горцев с их цельными, сильными натурами, так непохожими на испорченных и обезличенных ложной цивилизацией представителей светского общества.

Поразительно благородна простота стиля и языка «Хаджи-Мурата». Перед нами как бы воскресает сжатая и чеканная проза Пушкина, сдержанная и немногословная, но тем более волнующая и впечатляющая. И нужно было быть Толстым, чтобы найти для повести такой простой и вместе с тем необыкновенный по своему художественному действию на читателя образ, как упорно отстаивающий свою жизнь репей среди черноземного вспаханного поля, напомнивший Толстому судьбу Хаджи-Мурата, уже насмерть раненного, но поднявшегося, собрав последние силы, и с кинжалом в руке шагнувшего навстречу врагам и только после повторных выстрелов рухнувшего на землю, как подкошенный репей. Неповторимо также по своей поэтической красоте описание пения соловьев в момент бегства и смерти Хаджи-Мурата.

Деспотический характер царствования «Николая Палкина» нашел отражение, помимо «Хаджи-Мурата», также в рассказах «После бала» (1903) и «За что?» (1906)."
(Гудзий Н. К. Лев Толстой: Критико-биографический очерк. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Худож. лит., 1960. — 215 с.)


Это был анализ повести "Хаджи-Мурат" Льва Толстого: суть, смысл, идея, особенности произведения.

Смотрите: