kritika-ocharovannyj-strannik-leskov-otzyvy
Иван Северьянович Флягин.
Художник И. Глазунов
Повесть "Очарованный странник" Николая Лескова - это выдающееся произведение русской литературы XIX века.

В этой статье представлена критика о повести "Очарованный странник" Лескова, отзывы современников, известных литераторов и критиков.









Критика о повести "Очарованный странник" Лескова


Н. К. Михайловский:

"В смысле богатства фабулы это, может быть, самое замечательное из произведений Лескова, но в нем же особенно бросается в глаза отсутствие какого бы то ни было центра, так что и фабулы в нем, собственно говоря, нет, а есть целый ряд фабул, нанизанных как бусы на нитку, и каждая бусинка сама по себе и может быть очень удобно вынута, заменена другою, а можно и еще сколько угодно бусин нанизать на ту же нитку."
(Н. К. Михайловский, статья в журнале "Русское богатство", 1897, №6)


Н. А. Любимов:

"...Михаил Никифорович*...  после колебаний пришел к заключению, что печатать эту вещь будет неудобно. Не говоря о некоторых эпизодах, как например, о Филарете и св. Сер­гии, вся вещь кажется ему скорее сырым материалом для выделки фи­гур, теперь весьма туманных, чем выделанным описанием чего-либо в действительности возможного и происходящего. <...> Он советует вам подождать печатать эту вещь, самый мотив которой может, по его мне­нию, выделаться во что-либо хорошее."
(письмо Н. А. Любимова - Н. С. Лескову, 8 мая 1873 г.)
(*Михаил Никифорович Катков, редактор журнала "Русский вестник")


Б. М. Маркевич:

"Рассказ этот ("Русский Телемак") читан был им нынешней зимой у Кушелева, в присутствии многих дам и любителей литературы и произвел на всех, в том числе и на меня самое прекрасное впечатление. Там есть совершенно поэтические страницы, как напр<имер> описание солончака в киргизской степи и т. п. <...>
 
Вы нашли это чем-то недоделанным, "материалом" более, чем окон­ченным произведением, но я позволю себе не разделить этого мнения. <...> интерес его все время поддерживается равно, и когда рассказ кон­чается, жаль становится, что он кончился. Мне кажется, лучшей похвалы нет для художественного произведения! <...> Вы его [Лескова] теперь как бы отстраняете (и неосновательно, по-моему) от "Р<усского> Вестника"."
(письмо Б. М. Маркевича - М. Н. Каткову, 15 мая 1873 г.)


Очерк в газете "Варшавский дневник":

"Физи­чески герой рассказа - родной брат Илье Муромцу: он выносит такие пытки у номадов, такую обстановку и условия жизни, что не уступает ни одному богатырю древности. В нравственном мире героя преобладает то благодушие, которое так свойственно русскому простому человеку, в силу которого он делится последней коркой хлеба со своим недругом и
на войне, после сражения, подает помощь раненому врагу наравне со своим. Весь рассказ героя в первой половине дышит изумительным эпи­ческим, или еще вернее, русским былевым спокойствием. О самых стра­даниях своих он передает в таком тоне, как будто это касается вовсе не его лично, а кого-то ему совершенно чуждого, далекого человека."
(очерк в газете "Вар­шавский дневник, 1884. №№248-249)









Рецензия в журнале "Русская мысль":

"...поистине чудное, способное растрогать самую черствую душу собрание высоких приме­ров добродетелей, которыми крепка земля русская и благодаря которым "стоит град"... <...> ...все такие типы других писателей, начиная с самого Гого­ля < ...> страдают от выдуманности, резонерства и дидактизма. Ничего подобного нет у г. Лескова и в самомалейшей доле..."
("Русская мысль", 1889 г., книга VIII).


Р. Дистерло:

"В русской жизни, растекающей­ся на огромные пространства, с различною природою и различными на­родностями - драгоценный и далеко еще не исчерпанный материал для
литературы... <...> ...Лесков, с его впечатлительностью и от­зывчивостью, не мог не чувствовать художественной стороны... <...>... распространенный в среде русского народа характер, в котором простодушие довольно привлека­тельно сочетается с фаталистическою покорностью судьбе. Иван Флягин не делает свою жизнь: она у него выходит, она как бы дана ему, - дана до такой степени, что было ему в детстве предопределение попасть в монастырь, и он-таки попал туда".
(Р. Дистерло, очерк "Н. С. Лесков", "Неделя", 1890 г.)


С. А. Венгеров:

"Ни у одного русского писателя нет такого неисчерпаемого богатства фабулы. У Лескова есть повести, занимающие всего 5-6 листов, но которых по обилию содержания хватило бы на многие томы. Таков в особенности "Очарованный странник", где буквально на каждой странице новый сюжет, новое интересное положение и новые краски. Он в этом отношении напоминает сборники легенд, содержание которых накоплялось целыми поколениями."
(С. А. Венгеров, статья о Лескове из "Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона", 1891 г.)


Б. О. Эйхенбаум:

"Его органический, наиболее типичный для него [Лескова] жанр — хроника, построенная по принципу нанизывания ряда приключений и происшествий на героя, который сам и рассказывает о них любопытствующим слушателям («Очарованный странник», «Смех и горе», «Заячий ремиз» и др.): нечто вроде старинных авантюрных романов, еще не имеющих сквозной фабулы. Основной элемент этого жанра, анекдот (большей частью — языковой), есть своего рода атом в природе лесковского творчества."
(Б. О. Эйхенбаум, статья «Чрезмерный писатель», 1931 г.)


Л. А. Аннинский:

"Герои Лескова - люди вдохновенные, очарованные, загадочные, опьяненные, отуманенные, безумные, хотя по внутренней самооценке всегда "невиноватые", всегда - праведники."
(Л. А. Аннинский, "Три еретика. Повести о А. Ф. Писемском, П. И. Мельникове-Печерском, Н. С. Лескове.", 1988 г.)


Это была критика о повести "Очарованный странник" Лескова, отзывы современников, известных литераторов и критиков.