Анализ произведений. Характеристика героев. Материалы для сочинений




Критика о поэме "Цыганы" Пушкина, отзывы современников

kritika-cygany-pushkin-otzyvy
Алеко, Земфира и ее отец.
Художник Н. Альтман
Поэма "Цыганы" была написана Пушкиным в 1824 г., а впервые полностью опубликована - в 1827 г.

В этой статье представлена критика о поэме "Цыганы" Пушкина, отзывы современников и т.д.

Смотрите: 








Критика о поэме "Цыганы" Пушкина, отзывы современников


П. А. Вяземский:

"В поэме «Цыганы» узнаем творца «Кавказского пленника», «Бахчисарайского фонтана», но видим уже мужа в чертах, некогда образовавших юношу. Видим в авторе более зрелости, более силы, свободы, развязности и, к утешению нашему, видим еще залог новых сил, сочнейшей зрелости и полнейшего развития свободы. Ныне рассматриваемая поэма... есть, без сомнения, лучшее создание Пушкина...

Поэт переносит нас на сцену новую: природа, краски, явления, встречающиеся взорам нашим, не заимствованные и возбуждают в нас чувства, не затверженные на память, но рождают ощущения новые, впечатления цельные. <...>

Поэма «Цыганы» составлена из отдельных явлений, то описательных, то повествовательных, то драматических, не хранящих математического последствия, но представляющих нравственное последствие, в котором части соглашены правильно и гармонически. Как говорится, что и в разбросанных членах виден поэт, так можно сказать, что и в отдельных сценах видна поэма. Скажем нечто о составе и ходе ее. На грунте картины изображается табор южных цыганов со всею причудностью их отличительных красок, поэтическою дикостью их обычаев и промыслов и независимостью нравов. <...>

Легкомысленная, своевольная Земфира; отец ее, бесстрастный, равнодушный зритель игры страстей, охлажденный летами и опытами жизни трудной; Алеко, непокорный данник гражданских обязанностей, но и не бескорыстный в любви к независимости, которую он обнял не по размышлению, не в ясной тишине мыслей и чувств, а в порыве и раздражении страстей, — все они выведены поэтом в настоящем их виде, с свойственными каждому мнениями, речами, движениями. <...> Живопись не может быть ни удовлетворительнее, ни, так сказать, осязательнее."
(П. А. Вяземский, "«Цыганы». Поэма Пушкина", 1927 г.)


И. Киреевский:

"Все недостатки в "Цыганах" зависят от противоречия двух разногласных стремлений: одного - самобытного, другого - байронического; посему самое несовершенство поэмы есть для нас залог усовершенствования поэта..."
(И. Киреевский, "Московский вестник", 1828 г.)


К. А. Фарнгаген фон-Энзе:

"Бессарабские степи составляют сцену сей поэмы, которая, подобно молниеносной туче, дико и страшно переносится в ужасную местность. <...>

Поэма эта есть одна из сильнейших и самобытнейших созданий Пушкина; она, без сомнения, основана на каком-нибудь действительном происшествии, даже кажется вероятным предположение, что под именем цыгана Алеко поэт хотел намекнуть на самого себя. Обработка целого превосходна; в некоторых местах она становится совершенно драматическою. С каждою строкою усиливается действие; происшествие проносится подобно грозной буре и оставляет собою ночь и безмолвие."
(К. А. Фарнгаген фон-Энзе, статья "Сочинения Александра Пушкина", 1838 г.)









Рецензия в журнале "Галатея":

"«Цыганы» Пушкина - маленькая драматическая поэма, исполненная дикой степной прелести; здесь поэт наш торжествует; он овладел своим предметом, слился с ним и отлил его в изящную, истинно художническую форму. <...>

Пушкин хорошо изучил Бессарабию, в которой прожил несколько времени в совершенной независимости от светских отношений... он сам на досугах нередко посещал цыганские таборы и посещал не даром, не без пользы: этим его посещениям мы обязаны "Цыганами". <...>

Создание, план, движение, местность, картины, образы, характеры, чувства, мысли, выражения - все, что в удивительном сочетании друг с другом и как будто в один присест сбежало на бумагу с одушевленного, волшебного пера. Сначала, как и должно быть, представлена сцена действия, которое как будто само собою развивается естественно, постепенно, легко, быстро, живо; вы не успеете еще опомниться от очарования, а "Цыганы" уже прочитаны."
(рецензия неизвестного автора, журнал "Галатея", 1839 г., часть 3-я, №24)


Рецензия в журнале "Библиотека для Чтения":

"В "Цыганах" видна глубокая поэтическая идея великого художника. Эта поэма занимает одно из первых мест между произведениями Пушкина. На ней отразилось пламенное вдохновение поэта-художника. Глубокие страсти, живое действие и драматический характер отличают это превосходное создание. Язык очарователен своей простотой. Ни у кого на Руси не было такого стиха; никто не умел говорить так просто и так хорошо. В "Цыганах" нет ни одного лишнего слова. И каждое слово на своем месте, каждому дано его точное значение. Точность выражения вообще отличает язык Пушкина и составляет одно из первых достоинств этого языка... <...>

Звучные стихи Пушкина достигли в "Цыганах" высшей степени развития. Они исполнены невыразимой мелодии; от них дышит и веет какой-то обворожительной музыкой..."
(рецензия неизвестного автора на "Сочинения А. Пушкина. Части 3-я и 4-я", журнал "Библиотека для Чтения", 1840 г., том 39)



В. Г. Белинский:

"Цыганы" были приняты с общими похвалами, но в этих похвалах было что-то робкое, нерешительное. В новой поэме Пушкина подозревали что-то великое, но не умели понять, в чем оно заключалось... <...> Мы хорошо помним это время, помним, как многие были неприятно разочарованы "Цыганами"... Это значило, что поэт вдруг перерос свою публику и одним орлиным взмахом очутился на высоте, недоступной для большинства. <...>

"Цыганы" произвели какое-то колебание в быстро возраставшей до того времени славе Пушкина; но после "Цыган" каждый новый успех Пушкина был новым его падением... <...> А между тем поэма заключает в себе глубокую идею, которая большинством была совсем не понята, а немногими людьми, радушно приветствовавшими поэму, была понята ложно... ...из всего хода поэмы видно, что сам Пушкин думал сказать не то, что сказал в самом деле. <...>

...идею поэмы "Цыганы" должно искать не в одном лице, а тем менее только в лице Алеко, но в общности поэмы. Алеко является в поэме Пушкина как бы для того только, чтоб представить нам страшный, поразительный урок нравственности. Его противоречие с самим собою было причиною его гибели, - и он так жестоко наказан оскорбленным им законом нравственности, что чувство наше, несмотря на великость преступления, примиряется с преступником. Алеко не убивает себя; он остается жить, - и это решение действует на душу читателя сильнее всякой кровавой катастрофы. <...>

...мы относим "Цыган", вместе с "Полтавою" и первыми шестью главами "Евгения Онегина", к числу поэм, в которых видна только близость, но еще не достижение той высокой степени художественного совершенства... <...>

"Цыганы" были первым усилием, первою попыткою Пушкина создать что-нибудь важное и зрелое как по идее, так и по исполнению. ..."Цыганы" оставили далеко за собою все написанное им прежде, обнаружив в поэте великие силы; но в то же время в этой поэме виден только могучий порыв к истинно художественному творчеству, но еще не полное достижение желанной цели стремления."
(В. Г. Белинский, "Поэмы: "Цыганы", "Полтава", "Граф Нулин"", 1844 г.)


Ф. М. Достоевский:

"...даже самые первые поэмы Пушкина были не одним лишь подражанием, так что и в них уже выразилась чрезвычайная самостоятельность его гения. В подражаниях никогда не появляется такой самостоятельности страдания и такой глубины самосознания, которые явил Пушкин, например, в "Цыганах" - поэме, которую я всецело отношу еще к первому периоду его творческой деятельности. Не говорю уже о творческой силе и о стремительности, которой не явилось бы столько, если б он только лишь подражал.

В типе Алеко, герое поэмы "Цыгане", сказывается уже сильная и глубокая, совершенно русская мысль, выраженная потом в такой гармонической полноте в "Онегине", где почти тот же Алеко является уже не в фантастическом свете, а в осязаемо реальном и понятном виде. В Алеко Пушкин уже отыскал и гениально отметил того несчастного скитальца в родной земле, того исторического русского страдальца, столь исторически необходимо явившегося в оторванном от народа обществе нашем. Отыскал же он его, конечно, не у Байрона только.

Тип этот верный и схвачен безошибочно, тип постоянный и надолго у нас, в нашей Русской земле, поселившийся. Эти русские бездомные скитальцы продолжают и до сих пор свое скитальчество и еще долго, кажется, не исчезнут. И если они не ходят уже в наше время в цыганские таборы искать у цыган в их диком своеобразном быте своих мировых идеалов и успокоения на лоне природы от сбивчивой и нелепой жизни нашего русского - интеллигентного общества, то все равно ударяются в социализм, которого еще не было при Алеко, ходят с новою верой на другую ниву и работают на ней ревностно, веруя, как и Алеко, что достигнут в своем фантастическом делании целей своих и счастья не только для себя самого, но и всемирного. Ибо русскому скитальцу необходимо именно всемирное счастие, чтоб успокоиться: дешевле он не примирится, - конечно, пока дело только в теории. Это все тот же русский человек, только в разное время явившийся."
("Пушкинская речь", Ф. М. Достоевский, 1880 г.)


Статья в книге "Классики русской литературы" (1910 г.):

"Герой поэмы, Алеко - человек разочарованный, бежит из душных городов, от образованного общества, где нет свободы, в табор к цыганам Преждняя жизнь его окружена некоторою таинственностью: мы узнаем только, что он и прежде вел непостоянный образ жизни; "гнезда надеждного не знал", что он когда-то увлекался жаждой славы, что нередко "играли страсти его послушною душой", наконец, что его за что-то "преследует закон". Эта вражда к культурному обществу и к цивилизации вообще и приводит Алеко в цыганский табор; стремясь "опроститься", он сам становится цыганом.

Два года кочует он с вольными сынами степей, добывая себе пропитание тем, что водит ручного медведя, между тем как его подруга, Земфира, собирает с зрителей деньги. Алеко скоро привык к быту цыган... <...> Он даже выражает горькое сожаление, почему он не родился среди дикого, незнакомого с цивилизацией племени и вместе с тем выражает желание, чтобы его новорожденный сын остался совершенно чужд ей.

Но, сбросив "оковы просвещения", Алеко не был в состоянии переделать своего собственного характера, основанного на эгоизме.

Когда Земфира полюбила молодого цыгана, Алеко убивает кинжалом их обоих. Цыгане не смогли терпеть в своем обществе такого гордеца и мстительного самолюбца. После похорон Земфиры и молодого цыгана, собирают свой табор и покидают место страшного преступлению Алеко. Отъезжая с табором, старик-цыган, отец Земфиры, прощает Алеко обиду и не только не мстит ему за убийство дочери, не проклинает его, но заключает свое последнее обращение к нему добрым пожеланием, пожеланием мира его мятущейся душе. "
(статья о поэме "Цыганы" из книги "Классики русской литературы: Краткое содержание произведений. Сборник содержаний произведений: Пушкина, Гоголя, Грибоедова, Лермонтова, Тургенева, Гончарова" в 3-х частях, часть II, Москва, 1910 г., коллектив авторов)

Это была критика о поэме "Цыганы" А. С. Пушкина, отзывы современников.

Смотрите: 
Нашли ошибку?




Комментариев нет: